Насколько можно судить по напечатанным карточкам, «Лаура и ее происхождение» (или «Лаура и ее оригинал», или «Происхождение Лауры») — это третий подступ Набокова (а, может быть, даже и четвертый, считая «Камеру обскуру») в борьбе с демоном по имени Лилит. Грешная, соблазнительная, неутомимая в любви, страшно очаровательная женщина, которая является идеальной и абсолютной соблазнительницей. Первый подступ — это «Камера обскура», где появляется вот эта девочка из кинотеатра, соблазняющая Кречмара; второй подступ — это, безусловно, Лолита, правда, Лолита являет собой не столько демона, сколько несчастного ребенка, который наделен на свою беду такой невероятной соблазнительностью. Третий подступ — это Ада, которая у Набокова вышла неотразимо привлекательной и столь же отвратительной. К тому же она не может забеременеть, у нее действительно есть абсолютно такая полная, идеальная приспособленность для Вана Вина. Детей у них быть не может у обоих, они в любви ненасытны и неутомимы, она абсолютная красавица и при этом, при всей своей соблазнительности демонической, и имя отца Вана Вина — Демон — здесь совершенно не случайно, она все-таки порочна и омерзительно. Не зря он называл ее «шлюшкой Адой» и не зря он отрицал какое бы то ни было сходство со своей женой. Вот сходство с Магдой из «Камеры обскуры» некоторое имеется, но, понимаете, многие говорят, что Ада совершенно очаровательна. Наверное, в некоторых эпизодах она очаровательна, но все-таки она ужасно противная, это же касается и Вана Вина, к сожалению. Хотя тут, как вы понимаете, двух мнений нет.
Так вот, «Лаура и ее оригинал» — это история о том, как некий писатель с помощью вещества, которое как-то связано (энкефалин оно называется) с мозгом с помощью некоторого гормона мозга, научился как-то стирать себя из реальности и перевоплощаться. При этом главная героиня наделена такой демонической привлекательностью, детской, нимфеточной статью, лерообразным выгибом спины, и тоже неотразима и неутомима в любовных утехах. Вот его любовь, собственно, к этой женщине и преодоление этой любви составляли одну из сюжетных линий, об остальном судить очень трудно. Понимаете, то, что решил Дмитрий Набоков это напечатать — спасибо ему, каждое слово Набокова драгоценно, но из этого романа, написанного дай бог на одну шестую часть, судить о финальной сюжетной схеме не представляется реальным, никак.
