Это один из моих любимых рассказов Акутагавы, но мне кажется, что здесь самое интересное именно в интонации, именно в его щемящей сентиментальной ноте. Если говорить в общих чертах, то это очень неофитский рассказ и героиня, конечно, списана с Сонечки Мармеладовой. Акутагава обожал русскую литературу, вообще европейцев. Он такой японский европеец, относившийся с восточным трагизмом к сюжетам все-таки довольно оптимистическим русской литературы. Но смысл «Нанкинского Христа», чтобы уж действительно не растекаться мыслью по древу, довольно прост. Причаститься можно и из лужи. Если вот эта проститутка 15-летняя, заразившаяся сифилисом, искренне верит в Христа, то эта вера её исцелит вне зависимости от того, Христос к ней явился или пьяный развратник. Кого бы мы ни наделяли чертами святости, тут важна наша святость, а не его. Его вера такова, что для нее это был Христос. Ей явился Христос, а то, что на самом деле ей явился пьяный дурак,— это совершенно неважно. Это рассказ о том, что действительно не важно, кто инициирует твою веру, не важно, кто научит тебя летать. Но это мысль, которую я пытался как-то переформулировать в «Остромове»: действительно не важно, Остромов — настоящий учитель или жулик? Если ты рожден летать, то ты научишься левитации у жулика. Неважно совершенно, кто зажжет тебя, кто послужит черкашом для этой спички, это не важно. И «Нанкинский Христос» — это идея о том, что Христом может стать любой, если есть апостол, готовый в него поверить. Это спорная мысль, и самое главное, что это неофитская мысль, она такая наивная, и это рассказ наивный.
Акутагава ведь вообще очень простой писатель, невзирая на сложность всяких японских контекстов и на огромную клавиатуру культурных заимствований, но он простой и добрый малый, перефразируя Пушкина. Он совершенно чужд нарочитому усложнению. В знаменитом рассказе про носовой платок… Более сложный рассказ «Нос». Но там тоже поймана эта эмоция: береги свое уродство, оно и есть твоя личность. Так и здесь: эта проститутка, которая заболела сифилисом, исцелилась, потому что поверила, и Христос её исцелил. Кто бы к ней ни явился, даже если бы это был Джон Мерри, веселый пьяница и безумец, важно, что она поверила. А кто поверит, тот спасется.
