Ну, у некоторых – в особенности у праведников – паранойю. Потому что когда тебя так травят, сложно не поверить в свою святость. Условно говоря, от противного:
С великанами духа равняться —
И нескромно, и, в общем, докука.
Но, стерпев от завистника отповедь,
Поневоле подумаешь: «Вот ведь!..
И в веках такая же штука!»
Привыкая к фигуре Сальери
(Слишком частой в твоем интерьере),
Занесешься, сумняшись ничтоже!
Не захочешь, а сделаешь вывод:
«Ах, не только с такими, как мы, вот;
Так бывало и с Моцартом тоже!»
Это Матвеева, которая тоже предупредила нас всех, чтобы мы не слишком себя переоценивали, когда нас давят и травят. Но в условиях давления и травли паранойя развивается естественным путем: мания преследования переходит в манию величия. Ну и потом, у Лии Гринфельд была очень интересная статья о том, как национальный вопрос связан с шизофренией: о том, как вытеснение национальной проблемы в область подсознания приводит к душевному кризису. Это забавная довольно идея.
Понимаете, если говорить о диссоциативном расстройстве, о развитии нескольких личностей в одном человеке (мне после нового романа эта тема близка), там, видите, очень часто это возникает из-за того, что человек привыкает носить маску, и эта маска начинает жить отдельной жизнью. Условно говоря, на работе одно, дома другое, в постели третье. То есть когда у человека очень много разных моделей поведения, разных принципов на разные случаи жизни. Он поневоле погружается в эту диссоциативность, он перестает собирать своего Джекила и Хайда в одно. Это довольно печальная ситуация.
