Ну нет, конечно, зачем же мы так худо будем думать о литературе? На самом деле литература – это талант выдумки. И я напомнил вам гениальную фразу Вячеслава Пьецуха о том, что писателем называется не тот, кто, подобно Горькому, «много повидал и много написал», а писателем называется тот, у кого на плечах волшебная голова.
Не суммой опыта, не поверхностным интересом к чужой жизни определяется писатель. Писатель все-таки интроверт, он ведь все-таки из себя добывает. Бывают писатели экстравертного склада, но это все-таки редкое явление. А в основном он, конечно, добывает из себя. Знаменитая фраза Пастернака: «Глубже, глубже, забирайте земляным буравом только в себя, потому что если вы в себе не найдете правды, то нет ее нигде в мире». Это из письма Тициану Табидзе. Вот это «глубже, глубже, забирайте земляным буравом». Если внутри вас нет действительности, то нет ее и нигде. Поэтому автофикшн – это такая литература… Я не хотел бы здесь солидаризироваться с Солженицыным, который довольно презрительно о ней отзывался. Но в общем, это, конечно, литература второго ряда, потому что это не выдуманная литература.
Я очень высоко ценю писательскую фантазию – умение выдумывать то, чего нет, чего никогда не было. Вы создали, и это стало. Такие облака великолепные, такие шары из непонятного материала выдувал, как стеклодув, Грин. У Грина выдумано, но с такой убедительностью: кто не полезет в энциклопедию читать про петербургскую трещину, прочитав рассказ «Земля и вода». Кто не полезет в энциклопедию, прочитав описание сада в «Недотроге»? Потому что это сад, состоящий из на 10 страницах выдуманных растений. Но какие безумно увлекательные растения, какие интересные допущения, как лихо все сделано!
Понимаете, если писатель не умеет именно выдумать, а описывает свою жизнь, в чем его заслуга? Кстати говоря, Анни Эрно описывает ее монотонно. То есть видно, что ее жизнь состоит из небольшого числа событий. Я понимаю Аркадий Гайдар, который в повести «Дни поражений и побед» отчаянно, как Дюма, романтизирует себя, свои схватки. Это книга начитанного мальчишки, прошедшего через ад Гражданской войны. Теперь на месте этого ада он пытается нарисовать приключенческую прозу.
Но большая часть автофикшена – она же совершенно ни о чем. Я совершенно не понимаю людей, которые либо возятся со своими семейными портретами, со своими семейными фотоальбомами, либо со своими интимными тайнами. Это оправдано в том случае, если дает вам повод, как Марии Степановой (все-таки большому поэту), для огромных обобщений, как в «Памяти памяти». И то «Памяти памяти» могла бы быть гораздо более увлекательной.
Это может быть такая степень исповедальной откровенности, такая степень расчесывания в кровь своих язв, как у Старобинец в «Посмотри на него». И тем не менее я у Старобинец больше люблю фантастику – либо «Зверский детектив», либо, если на то пошло, «Лисьи броды». Потому что я люблю именно выдумку, вымысел. Жизни мне и так хватает.
Это, наверное, очень дурно, но почему мне, скажем, очень скучно читать прозу Васякиной? При том, что Васякина тоже талантливый поэт. Скучно, потому что изобразительный потенциал этой прозы очень невелик. В конце концов, Достоевский в «Записках из мертвого дома» тоже описывает свой опыт. То же местами эта книга скучна, как тюрьма, но все-таки это концентрированное страдание, и огромное количество потрясающих историй. И многие не читают сегодня «Записки из мертвого дома», предпочитая «Карамазовых». Но без одного другое не понятно.
Толстой считал главной вершиной Достоевского «Записки из мертвого дома». Почему? Потому что там Достоевский на пике, в расцвете своих писательских возможностей. Гармоничная, сбалансированная книга, темп выдержан очень мощно. И вступление, рамочная конструкция великолепна. То есть возвращаясь к проблеме автофикшена: если он не преображен огромной долей авторского вмешательства (фантазийного или фантастического), я боюсь, что это протокол. И я бы не стал настаивать на том, что автофикшен – это настоящая литература, что это самая модная мода. Я думаю, что автофикшен – это все-таки скорее тупик на одном из путей литературы.
