Это баллада с ее великолепным ее страшным пророчеством «Пусть бабушка внучкину высосет кровь!» была одним из моих любимых страшных стихотворений. Вообще, когда мы с Юлией Ульяновой планировали сборник «Страшные стихи», которые Наташа Розман выпустила в «Эксмо», то мы исходили в основном из готической поэтики Алексея Константиновича, потому что именно он русскую готическую балладу создал. Конечно, Жуковский сделал для этого очень много. Конечно, Катенин создал одну из лучших готических баллад, и я до сих пор, когда перечитываю:
«Месяц светит, ехать споро;
Я как мертвый еду споро.
Страшно ль, светик, с мертвым спать?»
— «Нет… что мертвых поминать?»
Это довольно круто сделано. «Все мелькает пред глазами: звезды, тучи, небеса» — какой великолепный ритм скачки. Но первым вот все разнообразие этого жанра почувствовал именно Алексей Константинович, и балладу — сюжетное стихотворение, фабульное, динамичное, с рефреном, жуткое — делал лучше, чем кто бы то ни было. Я думаю, Жуковский с доброй завистью думал бы о нем. Тут много: прежде всего, «Волки», конечно, которые мне представляются эталоном русской фольклорной стилизации.
Что касается самой повести «Упырь», то это произведение чрезвычайно незрелое. Оно, скорее, смешно по некоторому избытку средств. Да и потом, понимаете, оно же отчасти пародия: эти присасывания вампиров, этот чмокающий звук, с помощью которого они друг друга узнают, протягивая табакерку: «Одолжайтесь»,— это, конечно, деталь, скорее, юмористическая. По моим ощущениям, настоящая готика у А.К. Толстого только в «Князе Серебряном» в действительно страшном образе мельника. Помните, вот это: «Ликалу… слеталися вороны на богатый пир!». Это действительно впечатляет, вот тут все всерьез. И, кстати говоря, Сорокин в «Дне опричника» полностью воспользовался именно толстовскими лекалами, сочиняя свою «новокремлевскую антиутопию».
Вообще Алексей Константинович — один из моих любимых поэтов, и прозаик выдающийся. Драматургия его, я думаю, историческая, по крайней мере, не имеет себе равных. Ну и конечно, готическая поэма «Дракон», которую мы тоже включали в корпус «Страшных стихов»,— это великолепное чтение для семейного досуга.
