Я думаю, что весь второй том «Мертвых душ» написан ради образа Муразова, и главное открытие Гоголя — это, конечно, Муразов. Гоголь во втором томе «Мертвых душ» задыхается, как рыба, выброшенная из воды, как рыба, выброшенная на песок, потому что реальности нет. Прилив будет, вода придет, реальность, о которой надо писать, появится, но это буде не завтра. Гоголь умер за три года до того, как в русской реальности что-то начало меняться. Но чем бы он заполнил эти три года, представить очень трудно. Но вот его гениальная интуиция оказалась такова, что почти всех главных персонажей 60-х годов он логически вывел из тогдашней реальности: Обломов — Тентентиков, Левин — Костанжогло (или Бостанжогло), Улинька — тургеневская девушка, Хлобуев — Стива Облонский, просто потрясающий совершенно образ, и та же мысль, что он может двадцать лет разоряться, и все равно у него всегда будут деньги. Потом последующая эволюция этого образа — это Симеонов-Пищик в «Вишневом саде».
Он угадал все главные тенденции, он сумел написать (такова у него была амбиция) всю русскую литературу, и он во втором томе «Мертвых душ» гениально, на мой взгляд, написал всю русскую литературу второй половины XIX столетия. Но так получилось, что он сомневался в себе, это уже такие возвратные токи и побочные последствия гениальности, и он не сумел уверить себя в том, что он на верном пути. Поэтому он всем читал, у всех спрашивал, всю Россию просил присылать какие-то факты, но не получал верификации своей догадки.
Муразов — это фигура, которой тогда не было. Или эта фигура обещала появиться. Муразов — это фигура, которая в русской литературе отражена наиболее наглядно в двух образцах: первый — совершенно очевидно — Иудушка Головлев, второй — Великий инквизитор. Это ханжа, Тартюф, но это ханжа опасный, грозный, страшный, с садическими наклонностями. Пожалуй, первую пролегомену к его образу мы можем найти у Достоевского в повести «Село Степанчиково и его обитатели», где, конечно, Фома Опискин — это такой маленький Муразов, комнатный Муразов, мучитель окружающих, но Опискин — комический персонаж. Тынянов гениально проследил в речах Фомы Опискина («Я знаю Россию, Россия знает меня») пародию на «Выбранные места из переписки с друзьями». По мысли Тынянова, таким образом Достоевский прощается с Гоголем, с его влиянием, пытается освободиться, такой «эдиповский комплекс» убить литературного отца. Но мне кажется, что Муразов — фигура более страшная, потому что это человек государственный. Это богатый, страшно влиятельный, религиозно, пожалуй, даже довольно крепкий, идейный в своих убеждениях человек, вот что страшно! Фома-то Опискин — это просто фанфарон, а Муразов — человек с идеологической программой. Это такой православный фундаменталист, который лучше всех знает, что им надо. И Хлобуева он отправляет милостыню просить в церкви.
Понимаете, он Гоголем увиден с потрясающей интуитивной мощью. Но самое интересно во втором томе «Мертвых душ» — это отчаянное стремление Гоголя написать Муразова спасителем, написать его прекрасным человеком, и художническая интуиция, показывающая, что не получается, что получается садист, получается Тартюф, получается то, что Новелла Матвеева называла «железо в сахаре». Страшный такой тип, понимаете, и Чичиков на этом фоне выглядит позитивной и даже утешительной альтернативой. Когда Чичиков валится на колени перед Муразовым, мы от всей души за Чичикова, и, конечно, полное свое разрушение эта коллизия получила в «Золотом теленке», когда есть добрый авантюрист Бендер и страшный, абсолютно лояльный советской власти преступник Корейко.
Понимаете, Корейко с его правильной жизнью, с его правильным образом жизни,— такого Корейко сыграл Андрей Смирнов в «Мечтах идиота» Пичула. Там был добрый и беспомощный Бендер Сергея Крылова и страшный Корейко. Это не был маргинал, сыгранный Евстигнеевым у Швейцера, это был хозяин жизни. Вот, кстати, как Муразова сыграл бы Андрей Смирнова, с какой мерой ненависти и точности! Вот была бы великая роль, конечно! И я сейчас так припоминаю ретроспективно: действительно, более жесткого образа, чем Муразов в русской литературе нет. И обратите внимание: как бы Гоголь ни пытался изобразить его позитивно, в фамилии он проговорился, потому что Муразов — это мразь все-таки.
И таких сегодня очень много, православных фундаменталистов. Это из тех, кто требуют, чтобы их сотрудники венчались в обязательном порядке, растили бороды. Муразов… Дело даже не в том, что он откупщик. Муразов по духу гораздо более предприниматель, гораздо более бизнесмен, чем Чичиков, только это предприниматель духовный, в этом весь и ужас.
