Их больше. Горький — новеллист, как романист он слаб. Его романы — это не органическое развитие ствола, а несколько бревен, связанных в плот. И я бы сказал, что лучшие его сочинения — это «Мамаша Кемских», «Отшельник», «Рассказ о необыкновенном», «Страсти-мордасти», «Городок Окуров»,— короткие повести и рассказы. Если брать масштабные какие-то вещи, то «Самгина» надо читать. Но назвать его художественной удачей я не возьмусь. Когда-то отдельные читатели, скажем, Гольдштейн, считали, что первые два с половиной тома прекрасны в «Самгине». По-моему, в «Самгине» все более или менее одинаково, одинаково хорошо и в целом невыносимо. Но читать «Самгина» надо. Из пьес я люблю «Старика», но тоже он не закончен, не доделан. «На дне», наверное, хорошая пьеса, «Фальшивая монета». Остальные не нравятся мне совсем. Ну и конечно, «Песня о Буревестнике» — шедевр. Если вещь ушла в язык, тут уж ничего не поделаешь.
Он очень был силен в фельетонах, у него замечательный юмор. «Русские сказки» — лучший его цикл. Просто лучший. Бывает такой умиленный Горький, ностальгически с заграницы смотрящий на Россию,— это «Городок Окуров». А бывает Горький едкий, вернувшийся в Россию,— тогда появляются «Русские сказки». Жесточайший цикл, на уровне Щедрина, и почти все там. Да, помните, «у вас такое национальное лицо, что только, извиняюсь, штаны на него надеть». «Сказки об Италии»? Не знаю, честно вам скажу. Мне кажется, что «Мать уродов» — это хорошо. А «Пепе» «Нунча» — это невыносимо и вообще очень слащаво. Финал там красивый. А так, в принципе, «Сказки об Италии» мне кажутся довольно слащавыми. Вот как сатирик он хорош, как мемуарист. Его два очерка о Леониде Андрееве и о Льве Толстого,— ну это высокий класс. О Льве Толстом — это составлено из записок, которые он тайно ещё и при жизни его писал, а вот о Леониде Андрееве — это, конечно… Действительно, он знал его. Действительно, он его любил.
