Ну, совершенно понятно, что Джонни Депп пошел по стопам Квентина Тарантино, который посетил могилу Пастернака, «Доктора Живаго» назвал одной из главных книг в своей жизни. И благодаря этому мы, скромные учителя литературы, получили такой замечательный урожай, замечательное поколение детей, прочитавших «Доктора Живаго».
Естественно, Джонни Депп вообще человек начитанный. Их давний диалог с Микки Рурком подтвердил их общую широкую начитанность и некоторое их одиночество в современном кинопроцессе — я бы рискнул сказать, почти изоляцию обоих.
Джонни Депп, конечно, не читал толком Маяковского. Но он воспринимает Маяковского как фигуру поп-революции 60-х. Помните стихотворение Вознесенского «Лиля Брик на мосту лежит…»? В то время «Маяк» воспринимался как знамя левой молодежи. Поскольку Джонни Депп формировался в начале 70-х — как и я, в общем, мы с ним люди одного поколения. До него донеслись отзвуки молодежной революции, Вудстока, левачества — ну и, соответственно, маоизма. Естественно, русская революция, русский футуризм были тогда подняты революционным студенчеством на знамя. И борьба с войной во Вьетнаме, и пацифизм, и наоборот, некая социальная агрессия — все это ему знакомо.
Маяковский вообще одна из очень немногих фигур в истории русской литературы, которые могут быть объектом экспорта, объектом международного интереса. Он действительно, когда приехал в Америку, вызвал там настоящий шок. Интервьюеры к нему ходили толпами, о нем распространялись слухи, его портретами были наполнены и нью-йоркские, и чикагские газеты. Он был такая поп-звезда. И то, что Джонни Депп пошел в музей Маяковского — это прелестно.
А в чем источник футуристического драйва? Я хочу напомнить, что русская революция процентов на 90 была культурной, духовной, философской. Сделали её люди культуры. Они придумали эстетику модернизма. Даже дату этой революции угадал Хлебников — 1917 год. Она предсказана в «Досках судьбы». Неважно, как он получил эту дату. 2 в 2N-й степени + 3 в 3N-й — конечно, подбором, подгадом, но как-то он угадал, что это будет 1917 год — и не ошибся. Нам же неважно, как достигнут результат — нам важно, что он правильный.
Равным образом и Маяковский придумал все оформление этой революции. Не говоря уже о том, что лозунг «Стар — убивать! На пепельницы черепа!» осуществился, пожалуй, слишком буквально. Но эту эстетику кровожадности тоже наметил Маяковский в поэме «150 000 000».
