Мне нравятся переводы Кузмина, который в той же степени сочетал вульгарное и возвышенное. Может быть, они мне нравятся потому, что «Троил и Крессида» была у него любимой вещью, он ее ставил выше «Гамлета». И у меня это тоже любимая вещь Шекспира. Выше «Гамлета» не ставлю, но очень люблю. У Корнеева хорошие переводы. Пастернак. Пастернаковский перевод «Короля Лира» мне кажется лучшим. Перевод «Гамлета» лучше у Лозинского, там сохранены высокие темноты, кроме того, он эквилинеарный. А насчет остальных, понимаете… Опять, «Макбета» много есть разных версий. Но трудно мне выбирать. У Андрея Чернова довольно интересный «Гамлет». И у Алексея Цветкова довольно интересный «Гамлет». Они думали… Хотя Цветков переводил не только это. У него была идея перевести шекспировский канон заново целиком.
У меня была мечта перевести «Лира», потому что «Лир» труднее всего переводится по сочетанию возвышенного и низкого. Насколько ужасен перевод буквальный, дословный показано в статье «Что такое искусство?». Но даже у него видно, что это великая поэзия.
Если говорить серьезно, то, конечно, ничто не заменит аутеничного, оригинального Шекспира. Но Пастернак, Кузмин в «Укрощении строптивой» и, наверное, Лозинский в «Гамлете» подошли ближе всего. О Корнееве – совершенно невозможно перевести, так это «Бурю» и «Зимнюю сказку». Две последние вещи, которые написаны как бы оттуда, из неземного пространства. В любом случае, вне зависимости оттого, хороший перевод получится или нет, работа над Шекспиром полезна. Вы растете, с ним общаясь.
