Я очень поздно начал его понимать, и совсем не с «Мадам Бовари», которую я считаю, ну, обычным хорошим романом, в большей степени тургеневским, нежели флоберовским. Главный роман Флобера — «Воспитание чувств». Это действительно великий роман, который через Блока я начал понимать. Великий символистский роман о революции, о 1848 годе, роман, творческий метод которого в известном смысле позволил мне написать всю И-трилогию: то есть история через личные какие-то события, история через детали личной эволюции. Это ведь очень легко написать историю через газеты.
Ты поди напиши историю через историю любви. Про что «Воспитание чувств»? Про то, как герой романтически влюблен в женщину-идеал, Арну вот эту, а потом он добился от нее свидания, она не пришла. Не пришла потому, что у нее ребенок заболел, но мы этого пока не знаем. А он вместо нее привел проститутку. И одновременно происходят события революции, потому что революция — это всегда проститутка вместо идеала. И сделано это на пальцах, элементарной подменой, но гениальная книга же. Он причем проститутку потом полюбил, ребенка с ней прижил, ребенок этот умер. То есть возникает вот эта тема мертвого ребенка, как всегда, потому что революция порождает нежизнеспособное общество, и Флобер первый до этого додумался. Он ее полюбил, но он полюбил ее по принципу: не можешь иметь то, что любишь,— люби то, что имеешь. И Фредерик Моро, конечно, гениальный образ совершенно. Для меня Флобер как раз вот такой, наверное, главный писатель на революционную тему. Он… Вот за что я люблю Золя, Золя я люблю больше. Но, конечно, он вот в этом глубже Золя. «Воспитание чувств» это вообще роман двадцатого века, даже, может быть, двадцать первого. По глубине он не имеет себе равных. Ну и, конечно, «Бувар и Пекюше». Это опять-таки, я помню, одна очень умная девочка, замечательный романист Маша Чипурина, мне когда-то сказала: «моя любимая книга «Бувар и Пекюше»»,— я сразу понял, что я имею дело с очень серьезным автором. Мало кто читал, а книга-то совершенно великая.
