Да нет, что вы. Это такой, по-моему, классический over-interpretation. Не надо умножать сущности. «Батум» — честная попытка Булгакова написать обаятельного Сталина. Единственный способ написать обаятельного Сталина — это написать Сталина-революционера.
Но я, кстати, подумал о том (я много раз об этом говорил), что сегодняшняя культура могла бы перехватить инициативу у власти. Если в стране происходит ресталинизация, то почему не вспомнить о том, что Дзержинский был противником монархии, ее врагом и политзаключенным, между прочим. Сталин был, правда, не врагом монархии — он в 1905 году написал статью «Какие мы монархисты?» — что мы за монархию рабочих. Это очень откровенное признание. Но он был антиправительственным активистом и террористом до известной степени — мастером эксов, экспроприаций. Не говоря уже о том, что он был политическим заключенным, политическим ссыльным.
Опыт Сталина хорошо бы в этом плане актуализировать. Если бы сейчас поставить пьесу «Батум», это мог бы быть спектакль, запрещенный за экстремизм, немедленно. Потому что Сталин там экстремист. И причем положительный, очаровательный герой.
Играть его надо, конечно, без грузинского акцента, как и требовали, потому что Сталин не любил подчеркивать в себе принадлежность к Грузии. Он любил чувствовать себя «белым царем». Поэтому его так играли в фильме «Клятва» Чиаурели.
То есть поставить сейчас «Батум» — это была бы великая пьеса. Она действительно великая. Я думаю, Сталин потому ее и запретил, что противник монархии вышел там уж очень убедительным. А он хотел актуализировать себя как нового монарха, конечно. Пьеса шла вразрез с линией. И поэтому тогда и прозвучала знаменитая фраза: «Все молодые люди более или менее одинаковы. Зачем показывать молодого Сталина?». Прекрасно! Умел мотивировать.
