В принципе, наша «Илиада» – это «Война и мир», если говорить о масштабном эпосе. «Слово о полку» – произведение лироэпическое. Но одно в нем заложено безусловно, и с этим не поспоришь. «Слово о полку» – это наша религиозная, наша матрица. Это трактовка поражения как победы. «Илиада» – это поэма о победа, одержанная не совсем честным путем и вызывающая очень неоднозначные эмоции у самих победителей. Потому что победа вообще такая вещь, знаете, всегда амбивалентная.
Но наша «Илиада» в «Слове о полку» – это, безусловно, трактовка поражения как победы и важность духовного состояния общества, приоритет духовного состояния общества над геостратегическими, – да, это заложено в «Слове о полку». Хотя это одинокий крик, дошедший до нас из тех времен… То есть мы очень мало знаем о литературе, современной «Слову». А ведь «Слово» было не одно. «Слово» было вписано в тончайший контекст, с которым оно связано, на который оно опирается, из которого цитирует, разумеется. Поэтому я думаю, что «Слово» – это окно, открывшееся в совершенно волшебный древнерусский мир – полуязыческий, очень сложный, но бродячий как бы.
Но мы уже из этого окна видим, что главная русская матрица – это не мания победы, не прирастание землями, тем более не мания суверенитета. А главное – это умение духовной силы – Ярославна, например, ее образ – превратить поражение в манифестацию духовной силы, силы любви, силы тоски.
