Понимаете, под романом-фельетоном нельзя понимать юмористический роман. Роман-фельетон — это роман, печатающийся в газете. Но, безусловно, это фельетонный роман; роман такой довольно поверхностной сатиры, и тип, который туда уложен. Вот что меня больше всего пугает — тип этот оказался не вечным. «Милый друг» — самый известный роман Мопассана — может быть, потому что он самый легко читающийся, но это не вечный роман. Это не роман, который… как бы сказать… Жорж Дюруа не стал тем, чем стали, допустим, Швейк или Веничка, или Уленшпигель. Жорж Дюруа не нарицательный персонаж, потому что, видимо, отношение Мопассана к нему амбивалентно. Жорж Дюруа это немного и автопортрет, «Cher Ami» — это, конечно, портрет такого порхающего, ищущего только успеха, умного, схватчивого фельетониста и любовника. Но это еще и такое животное. Мопассан его и любит, и презирает, и видит в нем себя, и ненавидит, и боится. Мне кажется, в силу амбивалентности этого персонажа он и не стал каким-то вторым я. Он не стал нарицательным. У Мопассана нет ни одного героя, кроме, может быть, Жана из «Жизни», который был бы, так сказать, самоценен, который бы воплощал собою законченный тип.
Мопассан — мастер фабул, а герои его, как правило, либо плосковаты, либо заемные. Трудно сказать, что вот он… Пожалуй, Поль Бретиньи. Или, может быть, Иветта — такой тип девушки, одновременно наивной и развращенной, и не поймешь, развратна она или невинна. Жорж Дюруа — это такой, мне кажется… Да и вообще этот роман довольно поверхностный, не лучшее, что он написал. «Монт-Ориоль» — то ли дело «Монт-Ориоль»… Когда Христиана ему говорит: «Желаю вам счастья»,— это просто чудо какое-то.
