Мария Башкирцева, действительно, вызывала невероятное любопытство даже у Мопассана, который был устойчив к всякого рода женским чарам и навидался крайностей человеческой природы, что не видел, то вообразил, но даже она, когда она писала ему письма, вдохновила его, во-первых, на несколько очень остроумных ответов, а во-вторых, на несколько сюжетов. Есть у него этот сюжет о русской чахоточной красавице, неотразимо действующей на француза в одной из новелл. Мне кажется, что Башкирцева привлекательна сразу несколькими чертами. Во-первых, как писал Эдгар По: «Самое поэтическое — это смерть прекрасной женщины». Не будем столь кровожадны, но, конечно, молодое прелестное существо, эта чахоточная дева, рано умирающая,— это очень распространено, с Пушкина начиная, может быть, и раньше.
Кроме того, Башкирцева — это великолепный, сложный образец человеческой личности, невероятная гордыня, действительно доходящая иногда просто до каких-то достоевских глубин, до подпольности, и при этом доходящая до полного самоотрицания, мучительные сомнения по поводу своего таланта. Она была, кстати, замечательный живописец. Безумная совершенно влюбчивость, такая смесь Эроса и Танатоса, влюбленность в обреченного художника, желание мучить поклонников, и несколько садический темперамент. Если бы она прожила не 24 года, а больше, страшно подумать, сколько бы на ее пути было жертв, сколько бы людей послужило топкой для ее печи, выражаясь словами Эфрона о Цветаевой: «Сколько пошло бы в топку чужих судеб». Она такой художник par excellence, при этом даже не важно, насколько она была талантлива, как художник, но как писатель, выразивший свою душу в дневнике, она была феноменально талантлива. И видите, неслучайно эта личность привлекает романтиков. Самый романтический из российских сценаристов Александр Александров, любимый мой друг старший и один из любимых моих писателей, написал о Башкирцевой такую замечательную биографическую книгу, дышащую какой-то страстью («Век спустя»). Александр Леонардович понимал в женщинах, и если она вызывала у него такие чувства, то, наверное, там что-то было.
