Весь стандартный интеллигентский набор: Тувим, Галчиньский, Боровский (он же, кстати, как поэт дебютировал, а с прозой — это потом), но самый мой любимый польский поэт — это Ежи Фицовский. Это действительно гениальный поэт, у нас он больше всего известен благодаря песне «Разноцветные кибитки» («Jada wozy kolorowe»), которые так мне нравились, что я когда-то их по-польски наизусть знал.
Я узнал об этом поэте от Асара Исаевича Эппеля: мы поехали в Варшаву, были там на книжной ярмарке. Кстати, я почему-то совершенно не помню саму ярмарку, все ее мероприятия для меня как-то пропали, а я помню очень хорошо все наше тогдашнее общение — Антона Уткина, который тогда там романтически влюбился; Эппеля, который с нами ходил по кабачкам; Кушнера, который сидел с нами в баре. И вот я там Эппелю говорю: «Как же, Асар Исаевич, я так люблю песню «Разноцветные кибитки» и совершенно ничего не знаю о том, кто ее написал». «Ее написал великий поэт. Вы потому ее и любите, что для польских поэтов престижем, делом чести было сотрудничать с эстрадой, и не только для Осецкой».
Даже, по-моему, несколько песен есть у Чеслава Милоша. Шимборская — само собой, а уж Осецкая вообще сделала это профессией. Но Ежи Фицовский — это гениальный поэт, это очень интересный исследователь, конечно, которому мы обязаны открытием многих имен. Человек, который спасаясь от травли в университетской среде, около двух лет кочевал с цыганами. Он открыл многие тексты, например, Бруно Шульца. Но это гениальный поэт, его я очень люблю. Естественно, я люблю Мицкевича; естественно, я люблю Норвида.
