Забыт, конечно, огромный массив авторов советской детской литературы. «Водители фрегатов» Николая Чуковского или там «Кондуит и Швамбрания» Кассиля, о которой помнят немногие счастливцы. Или Юрий Сотник, замечательный детский писатель. Или Томин, Юрий тоже. Или Коринец, или Голявкин, или, например, из детских поэтов – Яков Аким, чьи замечательные тексты Лекманов включил в свою антологию.
Мне кажется, что советская детская литература более забыта, чем взрослая. Или все титаны взрослой более-менее на слуху, а вот титаны детской как-то подзабылись. Да и потом, понимаете, огромный массив национальных литератур, которые совершенно забыты. И Грант Матевосян, и Чабуа Амирэджиби, и Гурам Панджикидзе, и Энн Ветемаа (вообще, никто не помнит, мужчина он или женщина, хотя это мужчина, невзирая на имя Энн). И Вилис Лацис… Нет, там есть, что почитать, и в литературе стран Балтии, и грузинская, и армянская. Это золотой фонд, в общем. Дело в том, что республиканской литературе больше разрешалось. Например, совершенно сюрреалистическая повесть Анара «Контакт» – первый случай, когда распад сюжета сам стал сюжетом. Когда, условно говоря, распадающаяся безумная реальность стала для человека сигналом того, что с ним пытаются контактировать другая цивилизация. Иными словами, когда в вашей жизни поселяется хаос, это не хаос, а контакт. Это довольно интересная вещь, которую написал Анар – вовсе не сюрреалист, а реалист. Литературе республиканской разрешались отходы от соцреалистического канона, и она блистательно с этим справлялась.
