Конечно, это не символическая история. Видите, я достаточно циничную вещь скажу: писатель пишет то, что у него хорошо получается. Актёр, поэт артикулирует то, что хорошо ложится на голос. Дафна дю Морье умела писать таинственные истории, страшные, иррациональные. Вот она и писала этих «Птиц», и совершенно здесь не надо отыскивать третий, пятый смыслы. «Птицы» — это просто страшные истории. Вот ей в один прекрасный момент показалось. Я, кстати, думал об этом часто: ведь человек перед птицами совершенно неуязвим… то есть уязвим, наоборот, совершенно уязвим. Она нападает с воздуха, и что ты с ней сделаешь?
У меня был просто эпизод. Я плавал ещё тогда в Крыму на Большие Адалары, это любимое моё было вообще развлечение. И самое большое наслаждение — отплывать от Больших Адалар на спине, когда ты видишь, как над тобой эта скала нависает, и вода вокруг становится сначала зелёной, потом коричневой. А потом ты выплываешь в синюю воду, выплываешь из этой тени.
Я тогда подвергся просто нападению чайки. Чайки же в определённое время, особенно в августе, очень ревностно охраняют свои гнезда, и когда человек приближается к гнезду, то они начинают нападать. И надо вам сказать, я понял, что дю Морье всё написала правильно: я от этой чайки отбился с большим трудом. Ну, это неприятно, когда на тебя пикирует она и с криком таким приближается, и ещё немного — она начала бы меня в глаз клевать. А что тут сделаешь — нырять только. И её не задушишь, не убьёшь. А она ещё довольно большая, жирная, откормленная чайка. Я тоже не маленький, но всё-таки у меня-то только голова торчит над водой, а она вся надо мной летает. В общем, противно.
Так что это история просто о том, как то, что мы видим повседневно, может оказаться нашим злейшим врагом, вот и всё. Но какую-то мораль отсюда выводить? Наверное, можно сказать, что человек с его цивилизацией, с тонкой плёнкой этой цивилизации страшно уязвим перед природой, и если природа захочет, она сотрёт нас в порошок. Просто надо с достоинством это принимать, как герой принимает.
Хичкок туда вчитал всякие фрейдистские подтексты, и его фильм «Птицы» ничего общего не имеет с рассказом. Но дю Морье так его любила (и потом он, знаете, устроил ей такую славу с «Ребеккой»), что она терпела, терпела любые искажения её текстов. Вы, кстати, посмотрите «Птицы». Пересмотрите там по монтажу один кусок, где в телефонной будке он отбивается от птиц. Ведь там птиц нет, это монтажом сделано, понимаете? Все спрашивают: «А как так получается, что он монтажом, что птица там бьётся о человека в телефонной будке?» Там нет птицы! Это так нарезано. Хичкок был всё-таки крепкий профессионал.
