Я не просто ее читал — я был на ее презентации. Я поехал в Дом книги «Москва» и отстоял 2-часовую очередь для того, чтобы получить у Линча автограф и пожать ему руку.
У меня есть этот его знаменитый автограф — знаете, где он ставил несколько таких точек, помимо подписи. Что это означало? По-моему, перфорацию на пленке. Я успел ему сказать, что Elephant Man is the best. Говорить с ним, по условиям, было нельзя, никакой пресс-конференции он не давал. Он встретился, по-моему, во ВГИКЕ со студентами — в общем, так промелькнул по Москве. Но есть фотография вот этого рукопожатия — где-то в сети лежит.
Для меня увидеть Линча было всё-таки таким очень сильным переживаниям. Как говорит Никита Елисеев, высокий дар сохранять субординацию, понимать субординацию. Я понимаю, что такое Линч. Я понимаю, что это великий художник, это гений. Когда ты находишься в его присутствии, надо вставать, снимать шляпу, низко кланяться и благодарить. Это действительно явление огромное. Для меня было счастьем просто его увидеть.
Но я с полной уверенностью могу сказать, что в его книге про осознанность и медитацию написана полная ерунда. Ни малейшего отношения к его творчеству это не имеет. Никакого отношения к трансцендентальной медитации его озарения тоже не имеют. Если ему кажется, что так легче — ради Бога. Но цену всему там сообщенному я примерно понимаю.
Я исхожу из той точки зрения, что сосредоточенная, вдумчивая работа над стихотворением — тоже вариант медитации. И вообще любое сосредоточенное творческое усилие — такое, сознательное — это и есть медитация. А слово «осознанность» я вообще считаю таким современным воляпюком. Это не очень интересно. Для меня увидеть Линча было более важным впечатлением, чем читать его книжку.
