Ну а кто вам сказал, что надо его понимать? Понимать совершенно необязательно. Видите ли, тут Линч… Конечно, про него должна бы рассказывать Настя Яценко, хорошая моя ученица и большой по нему специалист. У нас была, кстати, её лекция в «Прямой речи», довольно занятная.
Понимаете, особенность Линча в том, что как режиссёр он же тоже фабулы не создаёт, он создаёт среды — как Россия, которая производит не продукты, а среды. Он создаёт такие хронотопы. Вот «Твин Пикс» — самое знаменитое его создание — это развитие идей «Синего бархата», в котором он исследовал тайный ад провинциального города. Ну, помните это ухо в траве? «Blue Velvet» — это как раз очень наглядная картина. Он такой хронотоп викторианской Англии, создал в человеке слона. «Человек-слон» — самая понятная его картина, это повесть о человеческом достоинстве. Он создаёт эти мифологии отдельных мест. В частности, «Твин Пикс» — это мифология провинции. «Малхолланд Драйв» — это действительно мифология Голливуда со всем, что там намешано, и вообще мифология американского Запада.
Обратите внимание на эти замечательные сцены на ранчо. Запад — там же много мрачных легенд. Запад — интересное место, потому что когда-то он был местом бешеных стычек, стремительных карьер, золотых состояний, которые делали стремительно. А сейчас (вот я как раз на Запад еду) он прошёл уже стадию бешеного гедонизма такого, и сейчас он живёт в основном, как ни странно, исторической памятью о великом Голливуде, о вестерновской культуре. Вот это то, что у Тарантино в последней картине так наглядно показано. Это край легенд. А что он может предъявить сейчас? В основном Силиконовую долину. Поэтому мне кажется, что «Малхолланд Драйв» — это как бы фильм страшной памяти, фильм призраков, которые врываются в современность и разрывают её.
Мой любимый там эпизод, конечно, в самом начале, где двое сидят в кафе и герой рассказывает о своём страшном сне: «Мне снилось, что мы сидим в этом же кафе. А потом мы пошли за угол и там увидели нечто ужасное. Не помню, что это было, но это было нечто ужасное». А друг ему говорит: «Ну пойдём за угол, посмотрим. Там не может быть ничего».— «Нет, я не могу, я боюсь. Мы не пойдём». И так страшно становится, когда они идут за угол! И там действительно нечто ужасное (хочу отспойлерить этот эпизод).
Я вообще считаю, что у Линча самые удачные вещи всегда в завязке. Развязок, выходов из сюжета он делать совершенно не умеет и, может быть, не хочет. Помните, в любимом моём фильме, наверное, «Внутренняя империя» эту гениальную соседку, которая приходит в самом начале и говорит: «Мальчик пошёл погулять, вышел на площадь, но это не была площадь». Ну, как там, я дословно не помню. Но весь монолог соседки и весь диалог с ней — он абсолютно гениален. И потом она добавляет: «Я люблю знакомиться с соседями. Нужно знать людей». Вот Линч создаёт такие атмосферы.
Точно так же, как атмосферу, скажем, в «Огонь, пойдём со мной», он создал действительно атмосферу совершенно абсурдную, вот такую цээрушную; показал таинственного агента Купера гораздо подробнее, чем в основном сериале, и страшный абсурдный мир, окружающий его, дело закодированной синей розы. Художнику необязательно рассказывать историю, художник иногда создаёт мир. Как сумел он создать мир такой доброй провинциальной Америки в совершенно наивном, на мой взгляд, но бесконечно трогательном фильме «Straight Story» («Простая история»). Это тоже Линч, понимаете. И, может быть, даже ещё более известный Линч, более интересный.
Малхолланд драйв действительно сложно понять, но мне удалось его расшифровать: https://medium.com/@surenteravakian/малхолланд-драйв-разгадка-которую-никто-не-заметил-50b5d6e8579b
буду рад узнать ваше мнение