Иван Чикалов

Знаете, довольно неожиданная такая история. Ваня Чекалов, молодой совершенно человек, но уже два романа благополучно написавший и поучаствовавший с командой в нашем «Финале» и «Последнем ветеране»,— он в свои двадцать лет затевает молодежный журнал с группой единомышленников. Мне кажется, если вы ему будете присылать свои тексты, такие молодежные (не обязательно молодежные; будем считать, что это журнал для людей до тридцати)… Он электронный журнал задумал; не знаю, какой у него, собственно, вкус, но мне кажется, что у него все в порядке со вкусом.

Ваня вообще очень умный, и проза его мне кажется замечательной. Для двадцати лет это просто какой-то мыслитель совершенно неожиданный.…

Знаете, мне Ваня Чекалов, который действительно так на глазах становится звездой, да и роман «Финал» придал ему некоторое ускорение… Чекалов — самый интересный человек в этом поколении, которое я знаю. Он мне роман прислал. Это обширная довольно книга о пожаре Нотр-Дама, но, видите, она нуждается в огромной редактуре. Прежде всего потому, что Ваня Чекалов очень плохо себе представляет, как делается парижский журнал. Там у него про «Шарли Эбдо», которое, естественно, переименовано. Он изнутри не знает журналистику и очень мало и опосредованно знает парижскую жизнь, но какие-то куски там поражают такой взрослостью, такой психологической точностью. Если бы он сократил ее раза в полтора — это…

Если понимать под литобъединением ЛИТО петербургского образца, то в залог успеха только в том, что в его основе будет стоять талантливый человек. Как ЛИТО Лейкина, ЛИТО Яснова, ЛИТО Слепаковой, в котором я занимался. В Питере очень органична эта система ЛИТО. Вышли все они из литобъединения Глеба Семенова, который был гениальным педагогом прежде всего потому, что там был жесткач настоящий. Семенов никого не щадил. Я видел подборки Слепаковой, Кушнера, Житинского с его пометками на полях — это было безжалостно. Иногда напротив длинного и блестящего стихотворения стоит косая черта и написано: «Две строфы». Он жестко требовал сокращать, он выбивал многословие, прекраснодушие.

Он…