Во-первых, я не ставлю в один ряд Стругацких, Трифонова и Шукшина. Это всё-таки люди разные, явления разнокалиберные. Распутин — безусловно, замечательное явление семидесятых годов. В том, что он писал после — например, в рассказе «Сеня едет», в потрясающей повести «Нежданно-негаданно» и отчасти даже в «Дочери Ивана, матери Ивана» — проблески былого таланта мелькают. Но начиная с «Пожара», как мне кажется, Распутин как писатель резко всё-таки… не скажу «деградирует», но он попадает во власть идеи. Это не всегда для писателя плохо, разные бывают идеи, но эта идея из тех, которая губит любой талант. Я это часто наблюдал. Может быть, наконец смертоносность этой идеи станет очевидна.
Я считаю Распутина очень талантливым писателем, но, к сожалению, это человек, утративший в какой-то момент смысл, перспективу. Я думаю, что это связано с биографическими обстоятельствами, с травмой, которую он перенёс. Вот как-то это. В принципе, у него даже бывали неплохие рассказы и в последние годы — например, «Новая профессия», такое ироническое, насмешливое произведение, где бывший, по-моему, инженер становится тамадой. Блестящий текст! Но всё-таки, когда Распутин писал «Живи и помни», он воспринимал мир глубже и сложнее, чем когда он писал «Костёр». Идея сделала его сочинения очень одномерными. Я бы скорее Вампилова поставил в один ряд со Стругацкими и Шукшиным.
