Да только он и может, понимаете? Это и гриновская «Сила и слава», это и многочисленные романы советские о хороших людях. Честный человек среди бесчестного мира. Вот некоторые полагают, что «хороший советский человек» — это оксюморон. Нет, далеко не оксюморон. Вот «хороший фашист» — это оксюморон; разве что в таком гегелевском смысле, в смысле эстетики цельности, в гегелевском смысле прекрасного, когда прекрасно то, что последовательно. Но тоже я как бы не уверен. А хороший советский человек мог существовать вполне, я их многих знал и продолжаю знать. Просто они были не столько советскими, сколько хорошими.
Очень много сейчас шансов у порядочного человека, который будет хорошо делать…
