Борис Зайцев

Не близко. Он был добрый и замечательный человек, автор «Голубой звезды» и лучшей, наверное, биографии Тургенева, но Борис Зайцев… он просто прожил очень долго. Как всегда, благословенны благоуханные седины доброго и талантливого человека. Но, конечно, никакого сравнения, скажем, с Мережковским он не выдерживает, хотя он гораздо лучше Шмелева. Всегда они шли в критике в одной обойме, в одной упряжке. Конечно, Шмелев – писатель гораздо слабее Зайцева, и нравственно уступает ему очень сильно, и коллаборационист он такой. Но я люблю очень Зайцева как человека, а писатель он уровня Телешова, который стал основателем «Среды». Этим и исчерпываются его литературные заслуги. Уровня Чирикова,…

Видите ли, я и Шмелёва, грех сказать, ставлю не очень высоко — в такой крепкий ряд,— потому что он не показывает, а рассказывает. И ужасно меня раздражают в «Лете Господнем» все эти уменьшительно-ласкательные суффиксы. Лучшее, что он написал,— это, конечно, «Солнце мёртвых». Я помню, как мне на журфаке наш преподаватель в 1986 году, когда я начал на экзаменах ругать «Богомолье» или «Лето Господне», говоря, что это сусальная проза, что там слишком много умилений и слишком мало пластики (хотя это очень трогательные книги), он мне сказал: «А вы читали «Солнце мёртвых»?» Я говорю: «Нет».— «Ну, зайдите, я вам дам». Я тогда его в каком-то ещё французском издании прочёл — и на меня очень сильно эта книга…

Я читал у него одну вещь, именно вот эту «Бедную любовь Мусоргского». Это, по-моему, блестящая проза. Она мне даже, я вам скажу, нравится больше, чем Алданов. С той только разницей, что Алданов, он холоднее, он более мыслитель, но у него больше и форса, с другой стороны. А Лукаш пишет удивительно чистой прозой. Вот у него такой изумительный, чистый звук. Многие умиляются прозе, скажем, Бориса Зайцева, а она мне кажется дико скучной и монотонной. Вот проза Лукаша, она чистая, богато интонированная, выпуклая, пластичная, герои невероятно живы и узнаваемы. Вот эту рыжую артистку, вот эту страстную любовь его с её дребезжащими струнами, впалой, бледной грудью, рыжими волосами, зеленой кожей — её…