Ну послушайте, потому что он в реальности это кричал, вот и всё. Пьеса Альбера Камю абсолютно точно следует Гаю Светонию. Прочтите «Жизнь двенадцати цезарей», и вы увидите там, что когда на Калигулу напали, он ещё под ударами мечей кричал «Я ещё жив!». Он вообще со своеобразным мужеством умирал, хотя человек был такой… ну просто такой гнидой удивительной, что даже фильм Тинто Брасса далеко не передаёт всей его мерзости. А Альбер Камю решил увидеть в этом такую своего рода трагедию, но всё равно никакого оправдания там нет. Альбер Камю идёт точно по Гаю Светонию. Как писала Анна Ахматова — точнее, как говорила: «Лучше всех знают историю повара, придворные, собиратели сплетен». Гай Светоний —…
