Литература
Кино
Не кажется ли вам, что в фильме «История одного назначения» Авдотьи Смирновой было вполне достаточно истории о солдате-писаре и о попытке Толстого его спасти? Зачем нам подробности личной жизни Льва Николаевича?

Понимаете, в фильме должно быть второе дно. В фильме события должны отбрасывать тень, и эта тень не должна быть, помните, как у Набокова, «нарисована темной полосой для круглоты». Нужен объем. В фильме не может быть одной линии. Линия Шабунина была бы скучна. Нам надо показать и линию жизни Толстого, и линию отношений с отцом Колокольцева, и частично — с забросом, с флэшбеком — биографию Стасюлевича, и историю этого поляка-офицера. Понимаете, чем многогеройней картина, чем плотнее сеть, которую автор плетет из разных линий, тем больше он в эту сеть поймает. Я вообще категорический противник однолинейных вещей.

Знаете, я, когда смотрел картину, мне казалось, что вот и это лишнее, и это…
История одного назначения
Авдотья Смирнова
Андрей Рублёв
Арсений Тарковский
 Авдотья Смирнова Лев Толстой Антон Чехов
Литература
Кино
Педагогика
Можно ли рассматривать цепочку героев: Шестопала из фильма «Доживём до понедельника» Ростоцкого, Бессольцеву из книги «Чучело» Железникова и Ученика Серебренникова — как динамику вырождения системы образования?

Нет, конечно. Если брать Генку Шестопала из «Доживем до понедельника», это, скорее, такая цепочка, история фриков. Фрики становятся все более фриковатыми, все более чудовищными. Генка Шестопал, в общем, просто нонконформист, Бессольцева — уже жертва коллективной травли, а Ученик — это уже, в общем, маньяк. Это уже случая mania religiosa. То, что фрики становятся все более невыносимы, а масса все более агрессивна и в каком-то смысле все более отвратительна,— да, этого нельзя не заметить. Но это происходит не потому, что деградирует система образования, а потому, что деградирует общество и людям нечего делать. Понимаете, поляризация в любом обществе — это признак болезни. У меня в «ЖД» была…
Доживем до понедельника
Станислав Ростоцкий
Чучело
Владимир Железников
Ученик
Кирилл Серебренников
 Кирилл Серебренников Станислав Ростоцкий Владимир Железников
Литература
История
Был ли Максим Горький контрреволюционером?

Поздний Горький — безусловно, поздний, начиная этак с года 1913, начиная с возвращения в Россию после, как писал Ленин, «литераторской амнистии, кажись, полной» (имеется в виду амнистия к 300-летию дома Романовых). Горький вернулся, включился довольно активно в литературную жизнь, начал похваливать футуристов. Но это был Горький не прежний, это был далеко уже не буревестник. Революцию февральскую он принял с недоверием, а октябрьскую — с отвращением. Все потому, что Горький в этот момент верит только в культуру, в ее материальное воплощение, отсюда его коллекционерство. Мне кажется, что Горький поздний — не только контрреволюционер, Горький поздний, вообще последних лет, верит в полную…
Максим Горький
Кино
Нравится ли вам фильм «Красота по-американски» Сэма Менденса? Какая в нём главная мысль?

Да, очень. Там даже не мысль, там состояние. Великий фильм о кризисе среднего возраста. Великий актёр, что говорить. Мы как-то разговаривали с Кончаловским об этом актере, он сказал, что самый страшный фильм, который он видел,— это «Семь» Финчера. Я согласен. Именно благодаря тому же самому актёру эта картина вылезает на высочайший уровень — при том, что сам сценарий там довольно зауряден.

Этот фильм транслирует не мысль, мысль-то там очень проста: все мы живём, как этот несчастный полковник и его сосед, помешанный на гомосексуализме, мы всё живём в плену своих заблуждений, а реальность совершенно не такова и к этому не сводится. Поэтому эта девочка, которая представляется герою…
Красота по-американски
Сэм Мендес
 Сэм Мендес Кевин Спейси
История
Религия
Почему в современном обществе аморальный человек вызывает уважение, а порядочный — осуждение?

Потому что нравственные законы распространяются только на тех, кто их над собой признает. Это совершенно очевидно. Медный таз не может вообразить себя деревянным, а человек может вообразить себя неуязвимым.

Вот как Путин, который хотел бы вывести себя из под действия моральных законов и оставить за собой только исторические. А исторические, как ему кажется, в нравственным смысле амбивалентны. То есть если ты великий, то тебе можно.

Это раскольниковское заблуждение, давно уже разоблаченное Достоевским. Потому что физиология человека, показывает он, универсальна вне зависимости от статуса. Кстати говоря, и Наполеон, как очень остроумно показал Юрий Арабов, тоже в конце…
Преступление и наказание
Федор Достоевский
 Наполеон Бонапарт
История
Литература
Повлияло ли на интеллигенцию декабрьское восстание в Москве в 1905 году?

Оно не просто повлияло, оно было роковым этапом. Закончилась русская революция на нем. Уже и февраль не был революцией, не был движением масс, он был вертушечным переворотом, отречением, которое приняли два монархиста (по крайней мере, Шульгин точно монархист). При всей любви к революции февраля-марта это сделали Шульгин, Львов, некоторая часть петроградской интеллигенции, салон Гиппиус и Мережковского. Но народного подъема, который знала Россия в 1905 году, уже не было, конечно.

И это намекает на то, что и, скажем, уход Лукашенко тоже будет обставлен, скорее, кулуарно, а народный подъем, который мог бы привести к серьезному толчку, был подавлен, раздавлен, не был услышан. Поэтому…
Максим Горький
Литература
Кино
Есть ли в литературе положительные образы бизнесменов? Согласны ли вы с мнением, что русской литературе его нет, так как отсутствует положительный образ русского бизнесмена?

Как раз в России он существует: Соломин в «Нови», там есть ещё Нежданов, хотя он немножко другой. Нежданов как раз к концу жизни приходит к пониманию, что «надо дело делать», а вот его народничество было абсолютной иллюзией. Потом есть этот владелец лесопилки в «Обрыве». Есть во втором томе «Мертвых душ» вполне себе положительный Костанжогло — Левин в нем угадывается, не бизнесмен, а хозяин. И вообще во втором томе «Мертвых душ» есть образы пугающе правильных, преуспевающих хозяев. Настолько пугающих, что не приведи Господь такого положительного героя.

Что касается американской или британской, или французской прозы, то не припоминаю я там, действительно, положительного…
Новь
Иван Тургенев
Обрыв
Иван Гончаров
Мертвые души
Николай Гоголь
Литература
Кино
Что почитать, чтобы почувствовать духовную атмосферу перестройки?

Да видите, вас не ждет особенно приятных открытий на этом пути, потому что духовная атмосфера перестройки была не очень приятной. Советский Союз побеждался вещами не самыми приятными. Была свежесть, бодрость и надежда, но было отчаяние и, в общем, глубокое неверие в перспективу.

Главный жанр русской революции — утопия, в том числе космическая. Антиутопии исчислялись так, что хватило бы пальцев одной руки. Это «Мы» Замятина, может быть; платоновские «Впрок» и «Чевенгур», да и все, собственно. А утопии росли как грибы: научные утопии, технократические (как у Беляева), социальные,— полно. Кстати говоря, большинство этих утопий было очень наивно, утопия вообще трудный жанр. Но…
Сердца четырех
Владимир Сорокин
Литература
История
Кто из советских писателей наиболее честно рассказал о Великой отечественной войне?

Что вы вкладываете в слово «честно»? Понимаете, объективных свидетелей Великой отечественной войны было много, в диапазоне от Бориса Слуцкого до Николая Никулина. Но и Виктор Курочкин, и Борис Васильев в некоторых текстах, и Василий Гроссман, безусловно — хотя я сложно отношусь к роману «Жизнь и судьба», но выдающееся произведение. Да много. Ольга Берггольц, особенно в дневниках. Давид Самойлов. Даже в дневниках, опять-таки, Константин Симонов — «Разные дни войны». Да многие.

Вопрос в том, как честно это соотносится с концептуальностью. Потому что ведь отражать только то, что видишь, и при этом не думать о том, что происходит — этого недостаточно. Война не осмыслена по-настоящему в…
Литература
История
Что вы думаете о серии книг Бориса Акунина «История государства Российского»?

Невзирая на все попытки быть сугубо объективным, он все-таки тоже пристрастен. И это ещё один опыт того, что на историю человек всегда смотрит с точки зрения личного опыта. Объективной картины быть не может. Для меня идея Акунина — одна из самых продуктивных, идея аристономии, личностного достоинства. Каждый ведь, понимаете, рассматривает историю либо как путь прогресса, либо наоборот, как путь к архаике и к национальной матрице сквозь соблазны современности. Кто-то рассматривает её как путь к эмансипации личности. Никакой драмы в этом нет. Я со своей стороны считаю (мое мнение, наверное, близко к мнению Стругацких), что история движется к третьему завету — завету культуры. А у Акунина взгляд…
Борис Акунин
Следующие