Обычно я, когда придумываю героев, всегда знаю, как его зовут, почему — не знаю. Видимо, я вижу сразу его внешность, а внешность… Знаете, это как Матвеева рассказывала, как она пишет песню: «Сначала я слышу музыку, музыка вызывает картину, а картину я могу уже написать словами».
Вот я, как правило, когда вижу героя, я слышу, как он говорит. А когда я слышу его речь, я почему-то знаю, как его зовут. Первое, с чего для меня начинается герой, как правило,— это речевая какая-то характеристика и фамилия. Или не фамилия, а имя. Почему-то я всегда это знаю.
