Литература
Какой из романов вы писали с наибольшим удовольствием? Какой дался труднее остальных?

А это же, понимаете, к сожалению, связанные вещи, потому что и трудность сочинения, и наслаждение от него, они идут рука об руку. Ну, с наибольшим удовольствием я писал «Квартал», с наибольшим наслаждением. Это вообще книга, которая никакого насилия над собой не предполагала, потому что я выписывал себя, я описывал свою жизнь, и выбрасывал все камни, которые отягощают мою душу. Это, наверное, было наибольшим счастьем, и придумывать его было счастьем, и записывать. Именно записывать, а не сочинять, потому что вот в это время я находился на правильной волне. И когда вот я его начитывал давеча, то тоже, я лишний раз ощутил, что, наверное, это всё-таки получилось. Это книга, которой я стал…
Квартал
Дмитрий Быков
 Дмитрий Быков
Литература
Кто служил прототипами для героев в вашем романе «Июнь»?

У меня вот как раз случился спор с Володей Березиным, хорошим писателем. Он говорит, что «Июнь» — роман с ключом: у каждого [персонажа] есть прототип. Конечно нет! Ему просто, наверное, хотелось видеть меня больше филологом, чем писателем, а писателем пусть будет он сам. На самом деле обстоит дело, по-моему, строго наоборот. И хотя в общем быть филологом — ничего в этом нет унизительного. Мне кажется, что «Июнь»… Ну по крайней мере Валя Крапивина никаких прототипов уж точно не имеет. Что касается Миши Гвирцмана, то в нем есть черты Львовского. Я его знал и любил. Михаил Львовский — блистательный поэт, сценарист. «В моей смерти прошу винить Клаву К.», «Точка, точка, запятая…», «Я вас любил» и так далее. Я…
Июнь
Дмитрий Быков
 Дмитрий Быков
Литература
Есть ли в названии вашей книги «Остромов, или Ученик чародея» отсылка к «Ученику чародея» Александра Грина?

Дело в том, что «Ученик чародея» — это легенда, существовавшая задолго до Грина. Грин у меня в романе присутствует, конечно, как Грэм. Он пришел из «Орфографии» — это, в общем, трилогия. Грин — один из моих любимых писателей, это такой оммаж ему. Но Грин присутствует там не только на уровне рассказа «Ученик чародея», он присутствует там как автор «Русалок воздуха». Если вы помните, он их пересказывает Дане. И вообще просто как важный для меня человек. Там есть реминисценция из «Недотроги», вот эта, про картину с торчащей рукой над пропастью,— это оттуда. Он для меня очень близкий автор, и, конечно, дух Грина по возможности, крымский вот этот дух, ныне, по-моему, совершенно исчезнувший, он…
Остромов, или Ученик чародея
Дмитрий Быков
Ученик чародея
Александр Грин
 Дмитрий Быков Александр Грин
Литература
Что означает стихотворная строка из вашего романа «Остромов, или Ученик чародея»: «Погибает народ, а душа поет»?

Это же не моя строка. Там оговорено, что это стихи матери главного героя, на самом деле, Аделаиды Герцык, потому что псевдонимом я его наградил. А на самом деле, это Даниил Жуковский, тот самый сын Аделаиды. И это её стихи времен крымских репрессий, начала 20-х, когда её посадили и выпустили. Она вскоре после этого умерла, надломилась. Совсем она была молода, ей было что-то лет 45…

Герцык права в этом абсолютно. Погибает народ, а душа поет. Потому что, конечно, я склонен думать, что это был смертельный удар по России, тем не менее, люди достигали в это время каких-то невероятных духовных высот. И Аделаида Герцык — один из символов этого для меня. И Макс Волошин, который лучшие свои стихи написал…
Остромов, или Ученик чародея
Дмитрий Быков
 Дмитрий Быков Аделаида Герцык Осип Мандельштам
Литература
Не могли бы вы рассказать об лауреате «Бронзовой улитки» —Андрее Лазарчуке?

Андрей Лазарчук был, кстати, гостем моей студии года полтора назад. Мы с ним в «Одине» час проговорили. Это один из моих близких друзей, один из моих любимых писателей. Я очень непримиримо отношусь к его взглядам, и к тому, что он пишет сейчас. И он очень непримиримо относится к моей позиции, но это не заставляет меня хуже к нему относится, потому что есть вещи, которые совершенно для меня уничтожают человека, он таких вещей пока не сделал. Мне очень больно, что он так жестко полемизирует с Яном Валетовым, чьи позиции мне, конечно, ближе. Мне очень мучительно, что Дяченки — Мария и Сергей Дяченко — фактически эмигрировали, и с их уходом Украина потеряла двух своих лучших писателей, просто лучших. Они…
Андрей Лазарчук Дмитрий Быков
Литература
Какой совет вы бы дали человеку, который собирается проходить «Квартал»?

Не относитесь к этому слишком серьезно. «Квартал» — это такой автобиографический роман в странной форме. Кстати, если уж говорить об автобиографическом романе. Это способ рассказа о себе. Но для меня «Квартал» — это способ освободиться от привычных и ненужных связей, переместить себя в новый контекст, а это всегда приводит к повышению благосостояния. Но это абсолютно вторичное, абсолютно побочное следствие. Помните, как у Кушнера стихотворение «Побочный эффект». Побочные следствия, о последствиях приема лекарства. Мне кажется, что главное в «Квартале» — освобождение от заштампованного, рутинного порядка жизни, и попытка перевязать некоторые связи после 35 лет. Во всяком случае, когда я…
Квартал
Дмитрий Быков
 Дмитрий Быков
Литература
Кто такой Ратманов из вашей книги «Сигналы»? Согласны ли вы с ним, что русскому человеку не нужна свобода, он крепостной, который всегда будет искать себе барина?

Боже упаси! Ратманов довольно отвратительный герой. Это тоже один из ликов современной России, которые там, в «Сигналах», представлены во всей этой галерее. Там же, помните, они, странствуя, находят пять разных типажей, пять страшных антигероев, пять отрицательных, неприятных для меня возможностей развития России в ближайшее время. Кто такой Ратманов — это то, чем мог бы быть Ройзман, если он был бы действительно диктатором. Ему постоянно приписывают такие амбиции. Это человек, который спасает наркоманов путем лишения их воли, а Ройзман, мне кажется, все-таки пытается эту волю активизировать, каким-то образом. Но то, что такие типажи, как Ратманов, сегодня существуют, и они…
Сигналы
Дмитрий Быков
 Дмитрий Быков
Литература
Что или кого вы представляете выходящим из леса в вашем стихотворении «Постэсхатологическое»?

Понимаете, «Постэсхатологическое» один из тех моих текстов, которой имеет совершенно отчетливые источники претекста и источники влияния. Там ну их два, один — совершенно очевидный, это «Руся». Она поднимала голову — Постой, что это?— Не бойся, это, верно, лягушка выползает на берег. Или еж в лесу…— А если козерог?— Какой козерог?— Я не знаю. Но ты только подумай: выходит из лесу какой-то козерог, стоит и смотрит. Божественный совершенно фрагмент, я очень его люблю.

И «Руся» вообще мой любимый рассказ. Наверное, любимый не только у Бунина. А второе это тоже на меня очень сильно тогда влиявший, вообще я когда прочел «Траву забвения» катаевскую, я долго ею просто бредил. И там приведены два…
Постэсхатологическое
Дмитрий Быков
Руся
Иван Бунин
Трава забвенья
Валентин Катаев
 Дмитрий Быков
Литература
Если бы у вас был шанс начать все сначала и выбрать профессию, вы бы стали писателем?

Писателем не становятся. Я стал журналистом, а уж потом… Ну, журналист — это форма моего бытования в мире. Писатель — это не профессия, а это болезнь профессиональная или состояние души. А журналистика и педагогика позволяют мне с этой болезнью наиболее таким вменяемым образом, наиболее адекватным образом существовать.

Выбрал ли бы я профессию журналиста? С высокой степенью — да. А если и нет, то профессию адвоката, она мне кажется сейчас наиболее важной. У нас вот с Резником был этот разговор, где я ему сказала: «А вот какой смысл вашей профессии, если 99,9% приговоров — обвинительные?» Он: «Добиться смягченного приговора, добиться другой статьи, добиться внимания…
Дмитрий Быков
Литература
Возможно ли неизвестному писателю получить вашу оценку своего прозаического текста?

Нет и нет. Стихи я рецензирую охотно, если мне их присылают. Но прозу, когда человек присылает роман, да ещё и требует читать его целиком, потому что иначе непонятно, а там по первым двум страницам понятно, что это голимая графомания,— извините, нет.

Правда, недавно вот случилось исключение. Недавно молодая девушка (даже не она, а муж ее) прислала мне роман. И я был потрясен абсолютно. Это отличная книга. Не скажу пока какая. Я договорился с ней, что я это издам. И действительный издам, потому что и название в этом романе, и стиль его, и сюжет — все вызывающе ново и прекрасно. Ну, может, там я немножко подоговорюсь с автором о сокращении, потому что, как и всякий молодой автор, он очень словесно…
Дмитрий Быков
Следующие