История
Почему современные люди так легко верят публичному вранью и чепухе?

Знаете, у нас же, так сказать, убийство критического мышление и деградация социума происходили как раз в 90-е годы. Надо было 30 лет разрушать российское образование, чтобы там, где смеялись наши предки, наши потомки начинали серьезно прислушиваться. Конечно, деградация колоссальная, тут нечего и говорить.

Но понимаете, стоит выключить излучатели. Не переключить их на что-то другое, а выключить вообще, как колоссальная депрессия, колоссальный груз этой депрессии спадет с общества.
История
Что вы имеете в виду под антропологическим разломом?

Эволюция человека не закончена. Сегодня мы присутствуем именно при огромном антропологическом скачке. Ведь антропология – это не только биология. Это огромная социальная наука. Появляется новый тип человека, который Стругацкие обозначили как «человек воспитанный». Чтобы homo habilis, человек умелый, превратился в человека разумного, понадобились кошмары Средневековья. Стругацкие писали о том, что для превращения человека разумного в человека воспитанного потребуется череда войн, может быть, не меньше, чем 300 лет.

Про триста лет не думаю, хотя Шостакович любил повторять: «Темные века! Вы слышите – века!» Но, слава богу, на его памяти это смогло закончиться. Так и…
Братья Стругацкие
История
Литература
Разделяете ли вы теорию Михаила Веллера о том, что европейской цивилизации грозит вырождение?

Ну нет, все-таки я так радикально не смотрю на вещи. Все-таки Веллер выводит это из того, что ослабевает энергия европейской цивилизации, что ослабевает её вера и усиливается её инерция. Но как-то мне кажется, что Европа менее уязвима, чем радикальный ислам, за которым якобы будущее. Я считаю опасность ислама такой же преувеличенной, как Солженицын в свое время преувеличивал китайскую опасность. Мне кажется, что Европе не угрожает Восток. Или, во всяком случае, угрожает не настолько. Как это связано и почему Европа так бессмертна, так живуча, почему эта система так саморегулируется, не знаю, но веллеровский страх перед вырождением Европы мне понятен. Он креативен, из него получаются иногда…
Михаил Веллер
История
Согласны ли вы, что машина может научиться писать, создавать, но у нее никогда не получится воспроизвести человеческие эмоции?

Смешная картина, такая первая попытка научной фантастики на роботическую тему в советской культуре. Забавная, действительно, но страшно наивная. Что касается того, как можно заставить машину испытывать эмоции — здесь, мне кажется, большие проблемы. Понимаете, в чем дело? Как мне кажется, большинство наших эмоций связано со смертью, с комичностью бытия, с ограниченностью времени. У машины нет понятия о старости, да и думаю, что понятия о времени у нее нет, понятия об ограниченности времени. Если машина почувствует себя смертной — какие-то эмоции можно выбить, но боюсь, что… Понимаете, придумать умную машину — не проблема, а придумать смертную машину — вот здесь Господь ограничил возможности…
История
Литература
Религия
Фридрих Ницше

Тот же Мелихов любит цитировать фразу Ницше: «Найти меня не штука, трудно теперь меня потерять». Сразу давайте оговоримся, что говорить о системе взглядов Ницше крайне трудно, потому что, действительно, афоризмы предполагают такое амбивалентное и полисемантическое, полистилическое толкование. У него разнообразная и довольно пестрая система идей и взглядов. Но если говорить о самых общих каких-то чертах, Ницше — это не столько система идей, сколько система ощущений человека модерна.

Было три автора-модерниста главных, которые описали состояние модерна, которые выразили модернизм. Это Фрейд, это Маркс и это Дарвин. А Ницше — это попытка философского или, если угодно,…
Утренняя заря, или мысли о моральных предрассудках
Фридрих Ницше
Антихрист. Проклятие христианству
Фридрих Ницше
 Фридрих Ницше Зигмунд Фрейд Карл Маркс Чарлз Дарвин
Литература
История
Согласны ли вы с Дюма, что «история — это гвоздик, на который писатель вешает свои произведения»? Не кажется ли вам, что российские политики на этот гвоздь пытаются повестить национальные интересы государства?

Фраза Дюма мне импонирует, поскольку история, во всяком случае в литературе, существует не для того, чтобы её аккуратно воспроизводить, а для того, чтобы видеть в ней наиболее эффектные конструкции. Что касается вешания государственных интересов, то есть использования истории — по формуле, кажется, Покровского — как политики, опрокинутой в прошлое, то это, конечно, не нравится мне. Но тут с этим, я боюсь, ничего не поделаешь. Эта участь истории такова, что она с каждым новым правителем получает новое освещение (и не только в России, к сожалению).

Да, действительно история используется как гвоздь, на который в данном случае вешают даже не национальные интересы, а вешают оппонента. Это…
Александр Дюма
История
Литература
Всегда ли нацистское государство является фашистским?

Это совершенно неинтересно. Понимаете, нацистский, фашистский… Долгие разговоры о том, является ли фашистским нацистское немецкое государство — это терминологические споры, споры о словах. Споры, которые имели место и могли иметь место применительно к Гитлеру и Муссолини. Но сегодняшний фашизм — это совершенно другое явление. Как раз самым страшным оказалось, что растление не нуждается в идеологии.

Посмотрите, какая интересная вещь. Я на самом деле не просто так читаю лекции про Роулинг. Потому что ее путь, ее исследование природы фашизма — одно из самых актуальных. Ведь она не просто так стала писать приквел к Поттеру. Я больше всего жду этой пенталогии про фантастических тварей.…
Гарри Поттер
Джоан Роулинг
Фантастические твари: Преступления Грин-де-Вальда
Джоан Роулинг
 Джоан Роулинг
История
Литература
Как вам предположение, что Блюмкин не был расстрелян, а продолжил карьеру под именем Максима Исаева-Штирлица?

Блюмкин не похож. Конечно, у Бендера есть какие-то черты Блюмкина, но Блюмкин все-таки убийца, похваляющийся тем, что он может расстрелять, помахивающий пачкой расстрелянных ордеров, Мандельштам у него вырывает и рвет в клочки эти ордера,— истинный поступок поэта. А потом прячется от него по всей России, в Тифлис уезжает. Блюмкин — не пример Бендера. Бендер же, скорее, не любит насилия, Бендер входит в жестоковыйные миры отца, как и Беня Крик, с намерением договариваться, а не убивать. Блюмкин находил некоторую радость в терроре. В нем был авантюризм, но ещё больше в нем было жестокости, какой-то тупости, мне кажется. Вот Блюмкин — один из нелюбимых мной персонажей. А то, что он любил Гумилева,…
Двенадцать стульев
Илья Ильф и Евгений Петров
Золотой теленок
Илья Ильф и Евгений Петров
Семнадцать мгновений весны
Татьяна Лиознова
 Яков Блюмкин Осип Мандельштам
История
Кто был прототипом Бориса Ельцина? Можно ли таковым назвать Бориса Годунова?

Нет, конечно, то, что он Борис — это ещё ни о чем не говорит. Понимаете, найти прототип Ельцина исторически — можно, а вот литературный — довольно трудно. Генерал Топтыгин, наверное. Понимаете, у меня отношение к Ельцину вообще довольно скептическое. Я ему за многое благодарен, он много сделал прекрасного, и многие люди, приведенные им во власть, замечательные, но другие люди, приведенные им во власть, чудовищные. И он не был последователен, он все время шел на обострение ситуации, потому что только в обострившейся ситуации умел действовать. Поэтому он загонял Россию в ситуации экстремальные, и он до такой степени скомпрометировал в России любые перемены, что до сих пор нас пугают Ельциным, хотя…
Борис Годунов Борис Ельцин Никита Хрущев
История
Литература
В каком состоянии находится запрос сегодняшнего общества на духовное и интеллектуальное развитие? Каковы перспективы — здоровый оптимизм или безнадёжная тоска?

Ну, видите, я тоски вообще как-то почти не испытываю, потому что я всё время работаю. Это хороший способ не тосковать. Но мне лично перспективы современного общества внушают огромные надежды. Я много раз об этом говорил. Духовный запрос есть. И это не запрос на духовность в пошлом смысле. Это запрос на знания, на интеллект, на интересные версии, вообще на интерес огромный запрос, на мотивации, на то, чтобы жить хотелось. И жить, как правило, человеку хочется, когда он занят увлекательным делом. А если он им не занят, то он как раз и начинает выяснять, кто откуда, кто какой национальности и кто что делал в прошлом. Это подробно описано у Дунского и Фрида в рассказе «Лучший из них».

Я на самом деле…
Лучший из них
Юлий Дунский и Валерий Фрид
Следующие