Дорогой мой Виталий, видите ли, у Булгарина ведь не man of action. У Булгарина сначала авантюрист, потом обыватель.
Я читал Ивана Выжгина — от нас это требовалось на журфаке. Бабаев очень внимательно относился к чтению литературы «второго ряда»: Марлинского, Павлова, Булгарина. Потому что это проясняет контекст. И конечно гениальная пародия Феофилакта Косичкина (он же Пушкин) на Выжгина — помните: «Господин и госпожа Выжгины покупают деревню и с радостью сообщают о том почтенной публике», глава последняя «Мышь в сыре».
Это не активный герой, это обыватель. Авантюрист? Он тоже не всегда является там трикстером. Более того: он не всегда является действующим героем. Эту разницу очень тонко показала Новелла Матвеева. Почему я эти стихи и поставил эпиграфом к «Остромову»:
Глупцы, пускаясь в авантюру
С одной лишь низостью в душе,
Себе приписывают сдуру
Всю авантюрность Бомарше.
Естественно, у бомаршистов
Ум изощрен, размах неистов.
Сейчас дракона обкрадут,
Змею вкруг пальца обведут.
Но жертвы их корысти страстной,
Как поглядишь со стороны,
То беззащитны, то больны,
То простодушны и несчастны.
Так верят в добрую судьбу,
Столь кротко носят на горбу
Груз незаслуженных мучений,
Что Бомарше, добряк и гений,
Перевернулся бы в гробу.
Так что вы не путайте, скажем, Выжгина с Фигаро. И не путайте, скажем, Остромова с Бендером. Потому что хищник — это совсем другая история. Выжгин, во-первых, это не положительный герой, несмотря на его последующее преображение. А во-вторых, он не авантюрист в высоком смысле. Он авантюрист в смысле низком. Он хитрец и в общем, чего там говорить, подонок. Как у Пушкина: «Фризовая шинель, кража, бегство».
А то, что у этого романа были большие тиражи… Помилуй Бог, если у Донцовой большие тиражи! Русский человек любит читать, а в душе издеваться. Голосовать, а в душе издеваться. Это такой хитрый modus operandi, когда только человек почувствует себя автором бестселлеров, как Булгарин, а в литературу будет занесен под «иуда-предатель». Авдей Флюгарин — флюгарка, вертится, куда ему скажут. И никто его не будет любить.
Но Веллер имеет право, ему нравится взрывать общественное мнение. В «Огне и агонии», замечательной книге, так много точных формул, что не вижу смысла с ней полемизировать.